Родился я в г. Баку. Когда мне не было ещё и года, отец был репрессирован (обвинён в принадлежности к «троцкистскому блоку») и сгинул в лагерях (реабилитирован был лишь в 1960 г.). Мать срочно переехала к родственникам в Тбилиси, где в 1955 г. я закончил школу с золотой медалью (в то время её значимость была большой). Поступил на физико-химический факультет Института стали и сплавов в Москве. После окончания вуза по просьбе директора Института физики Грузинской ССР академика Э.Андроникашвили был направлен в Институт для подключения к новаторской работе, идею которой одобрил сам Нильс Бор, – для создания так называемого радиационного контура. Идея была предложена советскими физиками А.Брегером и Ю.Рябухиным и заключалась в следующем. Если в бак ядерного реактора погрузить специальную установку, по коммуникациям которой циркулирует особый жидкометаллический состав, то, проходя мимо активной зоны реактора и поглощая нейтроны утечки, этот металл активируется и становится источником -излучения, которое можно использовать в практических целях. Так, облучённая берёза приобретает свойства дуба, идеально стерилизуются медицинские инструменты, а срок их действия резко увеличивается, значительно повышается теплостойкость и износоустойчивость резины, пластмассы и т.д. Если радиационный контур поместить в бак ядерного реактора действующей АЭС и организовать соответствующие производства, то затраты на весь комплекс относительно быстро должны окупиться, а себестоимость электроэнергии стать практически нулевой. Заманчивая перспектива! В итоге проведённых разработок был выбран индийгаллиевый сплав с температурой плавления около 16 °С, а в качестве конструкционныго материала – титан ВТ1-1. Радиационный контур успешно функционировал в ИФГ, подобные установки стали создаваться в Обнинске, Риге, Томске, а я получил диплом кандидата ф.-м.н. Наш коллектив были выдвинут на соискание Государственной премии СССР, но... не получилось: радиационные контуры нужны были не сами по себе, а в составе реальных промышленных установок, разрешения на создание которых добиться не удалось, Министерство электроэнергетики категорически отказалось помещать радиационные контуры в баки ядерных реакторов (может, оно и было право, как кажется теперь на фоне Чернобыльской трагедии). Обидевшись, я перешёл на преподавательскую работу в Тбилисское высшее артиллерийское командное училище, где и проработал 15 лет (училищ подобного профиля в СССР было шесть – в Тбилиси, Ленинграде, Одессе, Коломне, Сумах и Хмельницком). Обозначилась серьёзная проблема. Отношение к общенаучным предметам, в том числе и к физике было весьма прохладным. Меня это не устраивало. Ведь физика – теоретическая основа любой техники, в том числе и артиллерийской. При поддержке начальника училища генерала В.Шувалова я начал бороться за повышение престижа физики: кафедра физики и математики начала всё теснее интегрироваться с военными кафедрами, было написано учебное пособие «Сборник лабораторных работ по физике» (с грифом Министерства обороны), организовано научное общество курсантов, только в Тбилиси проведено три научно-практических конференции «Физика и артиллерия». Одлнако грянули 90-е годы – власть в Грузии сменилась, училище закрыли. Меня пригласили в школу № 64 организовать физико-математические классы. В то время уровень школьного образования в Тбилиси был очень высоким, приходилось выкладываться полностью. Отмечу два любопытных момента. Получить высшую категорию в Грузии было достаточно сложно, поскольку она оплачивалась заметно выше тринадцатой категории. При наличии соответствующей характеристики из школы, списка публикаций, выступлений на конференциях и т.д. было необходимо разработать собственную концепцию инновационного характера и защитить её на заседании научно-методического Совета при Минпросе Грузии, в состав которого входили учёные из вузов, НИИ, работники Министерства, ИУУ, директора и завучи продвинутых школ. Я защитил «Концепцию гуманитарной физики» – она требовала сокращения технократических аспектов, усиления уровня научности и значительного расширения гуманитарных составляющих. При таком подходе физика становится интересной всем, в том числе и гуманитариям. От учителей высшей категории требовалось пропагандировать свою методику, периодически принимать участие в работе ИУУ, принимать гостей на уроках (без каких-либо предупреждений!). И ещё: при З.Гамсахурдии Минпрос Грузии издал приказ об увеличении в русских школах числа часов на изучение грузинского языка за счёт физики. Я добился приёма у министра просвещения Э.Джавелидзе (по специальности он был литературным критиком) и сумел достаточно простыми и понятными аргументами культурологического характера убедить его, что часы на физику урезать нельзя. Он принял волевое решение, издал приказ, и часы на грузинский язык пошли за счёт истории. Вспоминаю это, как сон. В сегодняшней России, стране «суверенной бюрократии» такая ситуация немыслима. Вскоре и со школой пришлось распрощаться – наступили голодные времена, деньги обесценились. Я переехал в Тулу, заняв должность заведующего кафедрой физико-математического и естественнонаучного образования ИПК. Несколько лет жили в общежитии. В ИПК я проработал 13 лет в должностях завкафедрой, ректора, декана факультета. Недавно я его покинул. Покинул без грусти, поскольку понял, что Институт перестал двигаться вперёд, подлинная (а не показушная) работа по повышению качества образования прекратилась. Это моё глубокое убеждение, а участвовать в показухе мне не к лицу. В образовательной системе Тулы особенно запомнились три фигуры: В.Петровичев, директор департамента образования, умный, образованный человек, постоянно ориентированный на свежие новаторские подходы и, что особенно важно, готовый за них бороться; И.Петрищенко, ректор ИПК, хозяйка своего слова – редкое качество; Н.Шайденко – ректор педагогического университета, одно из главных достоинств этого человека – не бежать «впереди паровоза», а отстаивать свою точку зрения на любом уровне (так, будучи противницей ЕГЭ, она открыто об этом заявляет, хотя и вынуждена подчиняться приказу МОиН). В числе своих друзей могу назвать лишь двух: Аркадия Ароновича Пинского и Юрия Ивановича Дика. Это были друзья не только по педагогике, но и по жизни, они во многом помогали и остались в памяти навсегда. А недавняя кончина жены сделала жизнь совсем тяжёлой. Отчасти спасает любовь к театру, особенно к опере. В этом помогают канал «Культура», нечастые выезды в театры Москвы и ещё более редкие – в театры С.-Петербурга. Работая в ИПК, я издал для учителей «Концепцию гуманитарной физики» и «Сборник задач по физике повышенной сложности» (с грифом МОиН РФ), читал многочисленные лекции слушателям Тульского региона по основам физики, гуманитарной физики, основам ноосферологии и синергетики, проблемам интеграции гуманитарных и естественнонаучных знаний, созданию единого физико-математического пространства в школах и т.д. Усилия последних лет были направлены на реализацию «Концепции модернизации российского образования до 2010 г.» и, в первую очередь, на средства и способы повышения качества образования, поскольку это самое слабое звено российского школьного образования, о чём убедительно свидетельствуют результаты международных исследований. Особое внимание уделялось наиболее сложным аспектам: формированию системы универсальных знаний, умений, навыков и новых жизненных установок, позволяющих принимать ответственные решения в ситуациях выбора. Всего мной опубликовано около 100 работ в международных, всесоюзных, российских и региональных изданиях, организовано большое число научных и научно-практических конференций и т.д. (В том числе и в газете «Физика» вышли две статьи – «Совершенствовать физико-математическое образование» (№ 10/2005) и, в соавторстве с проф. Н.Л.Плешаковой, «Гуманитарные аспекты некоторых статистических закономерностей в физике» (№ 4/2005). С последней публикацией «Гуманитарные аспекты современного рационализма» можно ознакомиться в сборнике материалов XXXIII учебно-методической конференции профессорско-преподавательского состава ТГПУ им. Л.Н.Толстого (Тула: ТГПУ, 2006, ч. 1, c. 129–136) и на интернет-сайте газеты «Физика» http://fiz.1september.ru в рубрике «Дополнительные материалы». – Ред.) Я всегда боролся за повышение престижа физики. Это, пожалуй, главная цель моей жизни. Аркадий Аронович Пинский, даря мне одну из своих книг, написал: «Захарову Д.М. – борцу за гуманитарную физику, хорошему физику и хорошему человеку». Такой оценкой я горжусь.

Проф. Дмитрий Михайлович ЗАХАРОВ,
г. Тула

От всей души поздравляем Дмитрия Михайловича, желаем здоровья, долгих лет жизни
и сил для творчества и борьбы с педагогической бюрократией!

Вы блестящий учитель, у вас прекрасные ученики!